Тонкий расчет - Страница 33


К оглавлению

33

– Мы живем в стране равных возможностей. И гордимся свободой, дарованной нам конституцией, но одной свободы недостаточно. Каждый американец должен иметь право работать и получать за свой труд достойную плату…

Он посчитал, что опередил Оливера и перехватил инициативу, первым заговорив о благе американского народа. Но Питер Тейгер сумел предвидеть и это. Дождавшись окончания речи Кэннона, к микрофону шагнул Оливер.

– Все это очень трогательно. Все мы потрясены только что услышанным, особенно горестями безработных и бездомных. Тех, кого вы так метко назвали «забытыми людьми». Однако меня несколько беспокоит другое – говоря все это, вы, кажется, упустили из виду самое главное – каким именно образом вы собираетесь осуществить все свои великолепные прожекты.

И в противовес страстной эмоциональной речи Кэннона Оливер изложил конкретные факты и планы экономического подъема, снова оставив оппонента на бобах.

Вечером Оливер, Джан и Дэвис ужинали в особняке сенатора в Джорджтауне.

– Мне только что принесли результаты последнего опроса, – улыбаясь, объявил Тодд. – Джан, думаю, тебе пора поговорить с дизайнерами и декораторами насчет новой обстановки для Белого дома.

Лицо Джан просияло.

– Ты в самом деле считаешь, что мы победим, папа?

– За всю жизнь, дорогая, я не раз ошибался, но не там, где речь идет о политике. Это у меня в крови. В ноябре Америка получит нового президента – того, кто сидит сейчас рядом с тобой.

Глава 10

– Пристегните ремни, пожалуйста.

«Началось!» – вне себя от волнения, думала Дейна, украдкой поглядывая на Бенна Албертсона и Уолли Ньюмена. Бенн Албертсон, режиссер Дейны, подвижный бородач лет сорока, считался одним из лучших профессионалов на телевидении. Уолли Ньюмен был намного старше. Талантливый оператор и хороший товарищ, он, как и Дейна, не мог дождаться, когда они наконец начнут работать.

Дейна с восторгом представляла будущие приключения. Самолет приземлится в Париже. Следующая остановка – Загреб, а потом Сараево.

Перед отъездом из Вашингтона Дейну подробно проинструктировала Шелли Макгайр, заведующая отделом зарубежной корреспонденции.

– В Сараево вам понадобится передвижная телестанция, чтобы передавать репортажи на спутник. Своей у нас нет, так что придется арендовать ее на месте и еще купить время у югославской компании, которой принадлежит спутник. Если все пойдет хорошо, мы приобретем собственную станцию. Будете работать в двух направлениях. Некоторые сообщения пойдут в прямом эфире, но большинство сюжетов будет сниматься. Советуйтесь с Бенном, как поступить в том или ином случае. Отснятый материал озвучите в местной студии. Я дала вам лучших режиссера и оператора во всей компании. Думаю, у вас не будет проблем.

Позже Дейна не раз вспоминала это оптимистическое напутствие.

За день до отъезда Дейны позвонил Мэтт Бейкер.

– Зайдите ко мне, – буркнул он и, не дожидаясь ответа, повесил трубку.

Дейна с тяжелым предчувствием поплелась к двери. Наверное, он передумал и не хочет ее отпускать. Как он может? Ничего, она так просто не сдастся! Решительно распахнув двери, она промаршировала к столу Мэтта.

– Я знаю, что вы хотите сказать, – начала она, – но ничего не выйдет! Я все равно поеду! С самого детства мечтала об этом! Неужели считаете меня ни на что не способной? Нужно же дать мне хотя бы шанс попытаться!

Наконец ее запал иссяк, и Дейна немного успокоилась.

– Ну ладно, – пробормотала она. – Что вы хотели сказать?

– Bon voyage, – улыбнувшись, ответил Мэтт.

– Ч-что? – охнула Дейна.

– Bon voyage. Это означает «доброго пути».

– Я знаю, что это означает. Я… вы посылали за мной не затем, чтобы…

– Я просил вас прийти, потому что успел поговорить с несколькими зарубежными корреспондентами. Они просили передать несколько советов.

Этот вечно мрачный, угрюмый медведь, должно быть, потратил немало времени и труда, чтобы связаться с зарубежными корреспондентами, и все ради того, чтобы помочь неопытной девчонке!

– Н-не знаю, как и…

– Раз не знаете, лучше не надо, – проворчал он. – Вы отправляетесь на войну. Настоящую войну. Там стреляют. И нет никаких гарантий, что вы останетесь в живых. Потому что пуля не разбирает, куда летит. Но когда вокруг идет бой, вас охватывает невероятное возбуждение, заставляющее забыть об осторожности. Помните это и старайтесь держать себя в руках. Не лезьте на рожон. Ни при каких обстоятельствах не ходите по улицам одна. Ни один, даже самый сенсационный репортаж не стоит вашей жизни. Далее…

Лекция продолжалась еще с час. Наконец Мэтт вздохнул.

– Вот, кажется, и все. Берегите себя. Знайте, если что-нибудь случится, я буду чертовски зол.

Дейна наклонилась и поцеловала его в щеку.

– Не смейте больше никогда этого делать! – огрызнулся он и встал. – Дейна, там опасно. Очень. И если, оказавшись в тупике, вы передумаете и захотите вернуться, дайте мне знать, и я все улажу.

– Ни за что не передумаю, – уверенно пообещала Дейна.

И, как выяснилось позже, ошиблась.


До Парижа они долетели благополучно, приземлились в аэропорту Шарля де Голля, и дружное трио направилось в аэровокзал, к стойкам хорватских авиалиний. Предстояло ждать три часа. Однако к десяти вечера им удалось добраться до сараевского аэропорта Бутмир. Пассажиров немедленно отвели в отдельное здание, где охранники в мундирах тщательно проверили документы и разрешили идти. Дейна уже направилась к выходу, но дорогу заступил уродливый коротышка в гражданской одежде.

– Паспорт.

33