Тонкий расчет - Страница 45


К оглавлению

45

Они лежали рядом, отдыхая, счастливые, измученные.

– Смешно… – пробормотала Лесли.

– Что именно?

– Да те гадости, что я публиковала о тебе. Знаешь, все это для того, чтобы ты обратил на меня внимание. – Она прижалась к любовнику. – И мне это удалось, правда?

– Еще как! – расплылся в улыбке Оливер.

– Я так горжусь тобой! Подумать только, президент Соединенных Штатов!

– Поверь, Лесли, я стараюсь стать лучшим президентом во всей американской истории. Не представляешь, как это важно для меня! И я добьюсь, вот увидишь. – Он с сожалением посмотрел на часы. – Боюсь только, что времени совсем не осталось. Нужно возвращаться.

– Конечно, дорогой. Выходи первым.

– Когда я снова увижу тебя, Лесли?

– В любое время, как только захочешь.

– Прости, что напоминаю, но нам нужно быть очень осторожными.

– Знаю. Не беспокойся.

Одевшись, Оливер склонился над Лесли:

– Ты – мое чудо.

– А ты – мое. И всегда им оставался.

– Завтра позвоню, – пообещал он, целуя ее.

По дороге в Вашингтон Оливер вспоминал, как несправедливо обошелся когда-то с Лесли. Все возвращается на круги своя. Но теперь он ни за что больше не ранит ее – слишком дорогую цену пришлось заплатить этой необыкновенной женщине. Он поднял трубку и набрал номер. Ответил сам сенатор.

– Алло?

– Это Оливер.

– Где ты?

– Возвращаюсь в Вашингтон. У меня неплохие новости. Кажется, удалось решить эту проблему. Все под контролем.

– Не представляешь, как я рад, – облегченно выдохнул Дэвис.

– Я тоже, Тодд.


За завтраком Оливер, как всегда, просматривал газеты. На первой странице «Вашингтон трибюн» красовался снимок загородного дома сенатора в Манассасе с подписью:

...

ТАЙНОЕ ЛЮБОВНОЕ ГНЕЗДЫШКО ПРЕЗИДЕНТА РАССЕЛА

Глава 14

Оливер, задыхаясь, уставился на газету. Как она могла? После всего, что было между ними?! Неужели он ошибся и страсть Лесли питалась не любовью, а ядом ненависти? Теперь всему конец – он никогда не сумеет остановить ее.


Сенатор в ярости отшвырнул газету. Так, значит, эта сучка опять за свое? Власть прессы почти безгранична, и Дэвис прекрасно представлял, к чему может привести подобная вендетта. По-видимому, Оливер ни на что не способен. Значит, придется действовать самому.

Добравшись до своего кабинета в сенате, Тодд позвонил Лесли.

– Давно не виделись, дорогая, – с искренней теплотой начал он. – Слишком давно. Я очень высокого мнения о вас. Вы молодец, мисс Стюарт.

– Я так благодарна вам, сенатор. Собственно говоря, я обязана вам всем, чем владею.

– Бросьте, мисс Стюарт, какая чепуха! – хмыкнул сенатор. – Я был счастлив помочь вам в беде.

– А теперь, кажется, настала моя очередь?

– Вовсе нет, мисс Стюарт. Наоборот, это мне хотелось бы кое-что для вас сделать. Знаете, я один из ваших преданных читателей и считаю «Трибюн» прекрасной газетой. И представьте, лишь недавно сообразил, что мы до сих пор не давали вам рекламы. Придется исправить положение. Я совладелец нескольких больших компаний, которые обычно широко рекламируются. Подчеркиваю, очень широко. И думаю, что большая часть объявлений должна публиковаться в такой известной газете, как «Вашингтон трибюн».

– Превосходно, сенатор. Лишние деньги еще никому не помешали. Куда направить моего начальника рекламного отдела?

– Это от нас не уйдет. Прежде всего, я думаю, неплохо бы нам уладить небольшую проблему!

– Какую именно? – удивилась Лесли.

– Это касается президента Рассела.

– Вот как?

– Вопрос весьма деликатный, мисс Стюарт. Вы сами сказали, что обязаны мне всем, чем владеете. Теперь я прошу вас о небольшом одолжении.

– Если это в моих силах.

– По правде говоря, в какой-то степени благодаря мне мистера Рассела избрали на этот пост.

– Знаю.

– И он честно трудится на благо страны. И когда такая влиятельная газета, как «Трибюн», вставляет палки в колеса, мистеру Расселу нелегко приходится.

– И о чем же вы просите меня, сенатор?

– Ну… я был бы крайне благодарен, если бы эти нападки прекратились.

– И в обмен я получу право рекламировать ваши компании?

– Неограниченное, мисс Стюарт.

– Благодарю, сенатор. Почему бы вам не позвонить снова, когда действительно найдете что предложить?

И она спокойно положила трубку.


В эту минуту Мэтт Бейкер тоже просматривал газету.

– Кто, черт возьми, велел поставить это в номер? – набросился он на заместителя.

– Ее величество.

– Мать ее за ногу! Какого черта она лезет не в свое дело?!

И почему, спрашивается, он до сих пор с этим мирился? Да что тут лицемерить – триста пятьдесят тысяч в год плюс премиальные плюс право покупки акций по льготной цене. Кто бы не согласился на такие условия?

Каждый раз, когда Мэтт собирался увольняться, хозяйка подкупала его новой прибавкой к жалованью и наделяла еще большими правами. Кроме того, откровенно говоря, ему было интересно работать на одну из самых богатых и влиятельных женщин мира. Хотя… хотя Мэтт так и не смог раскусить ее до конца. Был в ней какой-то непонятный надлом, причина которого так и оставалась неизвестной.

На следующий день после покупки «Трибюн» Лесли позвонила Мэтту:

– Я хочу взять на работу астролога. Золтера.

– Но он печатается у наших конкурентов.

– Не важно. Предложите ему в два раза больше.

– Я навел справки о Золтере, – сообщил Бейкер к вечеру. – Перекупить его контракт можно, но неустойка обойдется слишком дорого.

– Заплатите, сколько потребуют.

Со следующей недели Золтер, которого в миру звали, как оказалось, Дэвид Хейуорт, перешел в «Вашингтон трибюн». Мэтт не знал, что и думать. Лесли вроде бы не из тех истеричек, кто помешан на астрологии. И насколько ему известно, не общается с Хейуортом.

45